Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Практика судебно-психиатрической экспертизы/ Под ред. Т.Б. Дмитриевой. –Сб. № 42. – М.,2004. – С. 271-286.

Судебно-психиатрические аспекты криминальной агрессивности сатанистов

В   конце ХХ века в российском обществе начал формироваться менталитет  «научной мистики» (Кондратьев Ф.В., 1994) – гротескное сочетание  псевдонаучных и квазирелигиозных представлений. На этом фоне стали бурно развиваться  различные культовые новообразования («секты») и вскоре перед судебными психиатрами встала новая задача:   определить, что из поведения,  высказываний подэкспертных и причин совершенного им ООД является «нормативным» для данной секты, а – результат психического расстройства. Такая дифференцировка необходима, в частности, в том случае, если подэкспертный верит в реальность существования сатаны и считает себя его слугой.

В целом  у подэкспертных без психических расстройств бытуют такие же представления о сатане, как и в населении.  Для одних сатана – миф, религиозный предрассудок. Другие в сатанизме видят лишь духовный смысл противопоставления Богу. Для третьих сатана – пугающая реальность (этот страх – основа учения ряда сект, например,   «Свидетелей Иеговы»).    Однако, как отмечалось, есть  верующие   во всемогущество сатаны, сознательно вставшие на путь служения и поклонения ему, совершающие ритуальные жертвоприношения – это  реальные сатанисты.

Общепризнанно, что сатанинские организации и сатанисты – это явление наших дней (Куликов И., 1999; Хвыля-Олинтер А.И., Лукьянов С.А., 1996; и др.). Согласно материалам  Института  государственно-конфессиональных отношений и права в России, в настоящее время на территории Российской Федерации действует более 500 деструктивных религиозных культов. Среди них ведущее положение  как по распространенности, так и по степени социальной опасности занимают сатанинские организации (в Москве их более 30). Криминогенность реального сатанизма   – это область исследований правоохранительных органов.

Судебные психиатры имеют дело с реальным сатанизмом только в случаях проведения экспертиз по уголовным делам, при этом возникает, как правило, необходимость его дифференцирования с бредовыми идеями сатанизма. Психопатологическая фабула сатанизма у психически больных наиболее опасна в плане риска совершения агрессивных действий, в том числе и серийных убийств, однако   психопатологический   сатанизм в отличие  от реального  крайне редко (только в случаях индуцированных психозов) бывает групповым (Кондратьев Ф.В., 2000, 2001).

В общем смысле, не касаясь вопросов мистики, сатанизм – это духовная ориентация, ориентация отдельного человека, групп  и  сообществ, государства. Она направлена на деструкцию, разрушение противоположной ориентации – ориентации на высшую духовность. Сказанное исходит из общепринятого определения, что Бог есть любовь, сатана есть разрушение этой любви. В основе реального сатанизма лежит представление о существовании силы зла, превосходящей всевластие Бога, и чувство  гордости за принадлежность к этой силе.

Современная сатанинская идеология  была сформулирована в ХХ веке A. Crowley (1976) и А.LaVey (1969, 1976), она сразу нашла много сторонников в США, а затем   активно начала распространяться (правда, редко обозначая себя своим именем) по всем информационным каналам и даже в сети Интернета, не говоря уже об обширной печатной продукции. Сутью этой идеологии является то, что "в реальном мире" род человеческий – просто "передовая форма злобных животных", у которых слабые подавляются сильными, при этом такие чувства, как любовь, сострадание и  теплота  являются  характерными признаками только слабых. Сатанист считает себя обладателем абсолютной власти,   свободным  от  любых  ограничений (юридических, нравственных), от любого сдерживания своих желаний. Служение сатане обеспечивает право быть в центре сил зла и   реализовывать свое  "Я" так, что бы оно могло получить все, что хочет здесь и сейчас. 

Выражением этой идеологии является, например, содержание большинства песен   "тяжелого металла" (heavy metal music).   Достаточно указать названия некоторых таких рок-групп: Slayer (Убийца), "KISS" (аббревиатура слов "Kids In Satan's Servisе" – "Ребята на службе сатаны").  Репертуар  подобных рок-групп говорит сам  за себя, в нем отчетливо выступает   тема   убийств, в том числе самых изуверских. Песня из альбома группы "Dead Kennedy": "Я убиваю детей. Я любуюсь, когда они умирают. Я убиваю, чтобы заставить плакать их матерей. Я давлю их под колесами моего автомобиля и с удовольствием слушаю крики их... . Я убиваю детей, ударяя их головой о двери. Я убиваю детей и с нетерпением жду, чтобы добраться до вашего". Песня из альбома "Hell Awaits" группы "Slayer": "Без всякой видимой причины убивай и снова убивай. Даже если ты переживешь мои зверские порезы, я буду преследовать тебя до конца".   Типичное   название песни из этой серии:  "Убийство - это мое дело... И дело  это  хорошее! "

Основа любой оккультной практики – принесение жертвы для магических целей. Основополагающие книги сатанистов содержат, например, такие главы:   "О кровавой жертве" или "К вопросу о Человеческом Жертвоприношении". Настоящая жертва для сатанистов - не убийство само по себе, а смертные муки живого существа. Во время истязаний из жертвы «выделяется»  нужная  сатанистам  энергия. Способы убийства весьма разнообразны. Так, Алистер Кроули рекомендует  в зависимости от мистических целей  закалывание, забивание  на смерть, утопление, отравление, обезглавливание, раздавливание, сожжение и другие, в том числе поедание еще живых трепещущих органов. Выбор жертвы может быть и случайным, но желательно, чтобы  она  была христианского вероисповедения. Самая излюбленная жертва   – "любой из тех, кто выступил против или серьезно нарушил спокойствие" сатанистов. По мнению сатанистов, тем самым он как бы дал разрешение на свои мучения и гибель. 

Сатана как "фигурант" соответствующей бредовой фабулы у психически больных имеет принципиально иную сущность и не связан с религиозными убеждениями. Сатана, по представлениям больных, борется с Богом за их души. Такое расстройство, как манихейский бред, достаточно распространено, оно описывалась как религиозный психоз еще в ХIХ веке, а в последнее десятилетие  стала  встречаться  довольно  часто, независимо от вероисповедания больных или их атеизма. Реже встречаются бредовые идеи одержимости бесами. Психопатологическая  сущность  таких  переживаний определяется сочетанием с иными симптомами синдромокомплекса.

Вместе с тем конкретная психопатологическая фабула может быть причиной  активного  служения сатане и противоборства Богу. Фактически здесь может проявиться любая форма агрессии – и вербальная и в виде серийных убийств.   Самым ярким примером, обошедшим все средства массовой информации, может служить больной шизофренией Николай Аверин, совершивший в 1993 году убийство трех священнослужителей в монастыре "Оптина Пустынь".

Проведенные по уголовным делам судебно-психиатрические экспертизы сатанистам, не страдающим  психическими заболеваниями, показали    их охваченность    современными сатанинскими идеями,  а  главное, подтвердили их реальность, о чем свидетельствует следующее наблюдение.

З., 17 лет (1980 г.р.), обвинялся по ст.105 ч.2 п. "ж", "д" УК РФ.

По этому делу проходила группа сатанистов, которым прокуратура в вину   поставила убийства на религиозной почве при отягчающих обстоятельствах – создание преступной группы для отправления ритуальных обрядов жертвоприношения.  Все обвиняемые прошли судебно-психиатрические освидетельствования, по заключениям которых они признаны вменяемыми. Один из них – З. проходил экспертизу в Центре им. В.П. Сербского. При предыдущем освидетельствовании ему был установлен диагноз: «Шизофрения?»

Обстоятельства этого дела были следующими. В последних числах июня 1997 г. в пригородной лесопосадке  одного  маленького     городка     пастухи  нашли обезображенное тело 16-летнего Л. В ходе расследования работники милиции вышли на З. и его дружка К. (приятелей и ровесников Л.). Согласно их показаниям, они решили наказать Л. за его насмешки над их увлечением сатанизмом. Заманив его в лесопосадку, стали требовать, чтобы он отказался от веры в Бога. Получив отказ, они привязали Л. к дереву, имитируя распятие Христа, снова потребовали отречения и, не получив его, перерезали Л. горло, а затем добили его молотком.  После  этого З.  отрезал у погибшего ухо для подтверждения факта   убийства перед другими сатанистами.

По ходу расследования выяснилось, что за З. и К. числится еще одно убийство. Установлено, что группа сатанистов (были арестованы 10 человек) накануне православной Пасхи получила задание подготовить и совершить традиционный ритуал – заставить христианина отказаться от своего Бога и начать поклоняться сатане. Выбор пал на молодого мужчину С., однако он отказался это сделать, тем самым подписав себе смертный приговор. Его заманили в дом к некой К., 73-летней пенсионерке, которая считалась колдуньей, под предлогом выпить. Там его связали, положили на ритуальный стол, заблаговременно покрытый черной скатертью. Присутствующим были выданы обрядовые балахоны с сатанинской символикой, черные свечи, другая атрибутика, и началось чтение сатанинской библии. Затем каждый из присутствующих нанес согласно ритуалу удар  ножом, а вытекающую из ран кровь стали собирать в посудину. Все присутствующие в знак преданности сатане выпили по глотку теплой крови. На этом торжество не закончилось – начались ритуальные пляски на трупе с заклинаниями, выбранными из текстов сатанинской библии.   

На экспертизу в ГНЦ ССП им.  В.П. Сербского З. поступил 13.10.97.

Данных о наследственной отягощенности нет. Раннее развитие соответствовало возрасту.  Были   ушибы головы,   однако стационарно не лечился.   Энурез – до 9 лет.    В школу пошел своевременно,        учился хорошо,  но с 8-го класса успеваемость снизилась.  Мечтал   поступить в кадетский корпус   Санкт-Петербурга, однако не прошел медицинскую комиссию из-за слабого зрения. Мать З. отмечает, что  после  этого "в нем произошел какой-то надлом.  Он стал говорить, что ничего у него в жизни не получается,  во всем ему не везет,  что у него нет будущего,  он утратил интерес к жизни, разочаровался во всем, в его отношении к жизни появилась какая-то обреченность.  Все ему было скучно, тошно, ничего не интересовало". В 10 класс пошел с неохотой и вскоре заявил,  что если родители заставят его идти в 11-ый  класс  –  он повесится.  В школьной характеристике отмечено, что к З.      было трудно найти подход,  он как бы замкнулся  в  своем  "мирке".   В этот период З. начал «запоями»   смотреть фильмы ужасов, особенно с сюжетами черной магии, увлекся   тяжелым роком.  Стал рисовать сцены насилия,  где главными героями были вооруженные кролики, с ножей капала кровь, валялись изуродованные трупы;  рисовал ад,  кипящие котлы с торчащими  оттуда  руками  и  ногами.

В 1996 г. З.  оставил  школу и  поступил на 2-ой курс ПТУ.   В этот период  характеризовался "спокойным,  тактичным, замкнутым,   однако  в  сложных  и  конфликтных  ситуациях  не  всегда самостоятельно находил правильное решение.  Часто пропускал занятия по неуважительным причинам». В это время родители уехали в длительную заграничную командировку, остался жить с бабушкой. Тосковал по родителям.

Друзей    было мало,  все свободное  время  он  проводил   в   сарае   с   кроликами, любил фантазировать, представляя кроликов особыми людьми.       В 1997 г.  оставил учебу в ПТУ,  устроился  работать  сторожем  в  детском  саду. Во время дежурства к нему приходил приятель К. и другие товарищи. С этого времени  по городу  пошли  слухи,  что  во время дежурства З. в детском саду там проходили  сборы  сатанистов. С конца февраля 1997 г. З. стал просить приехавшую в отпуск мать  отправить его в психиатрическую больницу, после ее отказа пошел к врачу сам и заявил,  что он – "кролик", говорил,  что ему  было  бы интересно  пообщаться  с психически больными. В амбулаторной   карте ПНД имеется запись беседы врача с матерью,  где с ее слов  было  описано  состояние  испытуемого и указан диагноз:  "Депрессивное состояние". От предложенного лечения З. отказался.   Получил направление  на  консультацию  в областной диспансер  с диагнозом:  "Депрессивное  состояние  в  пубертатном  периоде".  Вскоре  состояние  З.  улучшилось,  и к психиатрам он больше не обращался. Характеристики с места жительства положительные.   

В  ходе предварительного  следствия по данному делу З. вначале  вину  свою полностью признал и при этом сразу заявил, что он «на учете у психиатра».  Убийство Л.  объяснил тем,  что совершил его "из религиозных   соображений",  так как тот упрекал его в сатанизме и он  ему «отомстил". З. рассказал о членах группы, о том, что ее возглавляла «бабка», которая организовывала ритуальные  жертвоприношения. Он пояснил, что увлекается  сатанизмом с 1994 г. и что убийство С. было задумано за несколько дней до его совершения;  подробно  описывал сам  процесс  ритуального жертвоприношения (во время убийства славили сатану, затем все пили кровь убитого) и что было   потом: они отнесли тело на железную  дорогу, чтобы  сымитировать  самоубийство.

Во время допросов З. и другие обвиняемые по делу  говорили, что «решили нагадить Богу,  убить жертву,  чтобы открыть ворота в ад». З. был авторитетен среди них, он «со знанием дела» рассказывал   о сатанинских группах, о том, что существуют определенные дни, когда надо во имя сатаны совершать ритуальные убийства. Он    сделал наколку "666" и перевернутый крест, постоянно выискивал литературу про дьявола,  "говорил, что мы все помрем, а он останется   жить,   так как  только  сатанисты  остаются  жить",  "топтал православный молебник",  "говорил,  что надо под пяткой носить перевернутый крест –  это  значит   отречься от Бога". Один из членов группы   сообщил,  что З. рассказывал, как  ему  «приснился сатана, предложивший продать ему свою душу,  на что он согласился".  Про З. говорили, что "он ходит с топором", "дома не живет, а проживает в своем сарае,  где держит кроликов, которых убивает и режет на кусочки" и часто повторял «надо бы  человятинку  на  кусочки  разрубить», что он  «клал на землю иконы и вместе с другими  мочился на них». Свидетели также указывали, что З.   состоит в секте сатанистов,  что он заявлял, что «убить  человека  для  него это раз плюнуть и в доказательство он может принести ухо человека", что у него была мечта – сесть  в  большой автомобиль и всех давить  по дороге: "я весь мир хочу убить".

В одном из своих показаний З.  сообщил,  что в 1997 г.  он  обращался  к  психиатру с целью получения справки о невменяемости,  чтобы  в  дальнейшем  спокойно  совершать  убийства,   но получил лишь диагноз:  "Депрессия, раздвоение рассудка".   В ходе дальнейшего следствия З.   отрицал свою причастность к убийству С., объясняя   признательные показания  то «давлением» следователей, то утверждая, что действительно говорил добровольно, но это была его "фантазия".

В июле 1997 г. З. был осмотрен     врачом-психиатром  СИЗО. В психическом  статусе  отмечено,  что он  не  сожалел  о содеянном,  заявлял,  что "получил удовольствие от убийства".    На вопрос:  "Сделал бы еще  раз  преступление?»  ответил: "Да,  но лучше бы спрятал труп". Держался спокойно, был контактен,  отвечал  по  существу. Диагноз:   "Эндогенное заболевание?". 

В августе 1997 г. З. была проведена судебно-психологическая экспертиза,  по  заключению  которой  он  «является  личностью с высокой активностью  и  склонностью  к   открытому   агрессивному   поведению, нежеланием приспосабливаться к социальному окружению;  характеризуется высоким энергетическим потенциалом,  отсутствием интереса к людям,  но наличием  интереса  к  себе и стремлением к самораскрытию и воплощению своих  идей;  личность  –   эмоционально   неустойчивая,   с   высокой вероятностью  нервно-психических  срывов в широком диапазоне ситуаций, подследственный ясно осознает   ответственность за свои  действия,  у него  высокоразвитое  чувство  субъективного контроля».

При амбулаторном судебно-психиатрическом освидетельствовании З. в октябре 1997 г.  в психическом состоянии было отмечено,  что он правильно ориентирован, доступен контакту. Фон настроения  ровный,  эмоционально беден,  монотонен.  Нисколько не сожалеет о содеянном  и  говорит,  что  "может  убить любого человека". Отметил, что  в  последнее  время  стал  меньше  любить родителей,  захотелось  "вседозволенности,  подняться  над   другими", поэтому увлекся сатанизмом.  Иногда был непоследователен и нелогичен в суждениях:  ранее  хотел  быть   офицером,   иметь   пистолет,   чтобы "расправляться с преступниками",  однако считает,  что сам имеет право нарушить  закон,  убить  человека.  Менял  показания,   объясняя   это неубедительно,    иногда    нелепо.  Диагноз:  «Шизофрения?»

При освидетельствовании в Центре   в неврологическом статусе отмечено следующее.   Гидроцефальная форма черепа, асимметрия  лицевого  черепа,  глазные щели слева больше,  чем справа. Непостоянный  нистагмоид  при  крайних   отведениях   глазных   яблок, недостаточность  конвергенции.  Асимметрия носогубных складок,  легкая девиация языка влево.  Сухожильные рефлексы справа больше,  чем слева, оживлены.    На рентгенографии черепа - пазухи основной  кости  гиперпневматизированы, видна   затылочная "шпора".  На  эхоэнцефалограмме  смещение  срединных структур не определяется.  На электроэнцефалограмме выявлены умеренные диффузные   патологические   изменения   биоэлектрической   активности органического   характера   с    признаками    дисфункции    срединных (стволово-диэнцефальных)   структур   и   снижение  реактивности  коры головного   мозга.        Заключение     невропатолога: «Нерезко выраженные органические   изменения   центральной   нервной   системы,   возможно, резидуального  характера».

Читать далее >>>